До начала начал

Фэнтези — Да не хочу я, не хочу видеть этот клятый свет божий! Мне и здесь хорошо, — протестовал день за днем Антуан, чем очень беспокоил окружающих. Они волновались и обсуждали сомнительного содержания разговоры непокорного парня. — Да что ж такое? — спросил с упреком наконец куратор. — В чем дело? Ты мешаешь всем нормально появиться на свет! Лучше б поддержал товарищей. Да и самому пора уже собраться с мыслями перед реализацией. Надо быть ответственней, что ли! — Не стану я собираться с мыслями, — упрямился Антуан. — Мне все ясно — я не хочу родиться, чтобы однажды оказаться на всю голову контуженным и остаться без рук и ног. — Постой, постой, — прервал его куратор. — О чем ты беспокоишься? Ты родишься в отличной физической форме, с руками и ногами, побойся бога! — Да наплевать мне на бога, если я по его милости лишусь конечностей! Что мне твой бог! — Ая-яй, постыдился бы так говорить об отце родном. — Да, а ему не стыдно — принуждать меня зачаться, потом родиться, если я этого не хо чу? — воскликнул Антуан. Куратор сокрушенно вздохнул. — Так, давай разберёмся. Кажется, ты путаешь грешное с праведным. — Ничего я не путаю. Но жить без конечностей не желаю. И это не грех. Имею право. — А вот и не правда, — увещевал непокорного юношу куратор. — Грех — не родиться и не выполнить свой гражданский долг. — Ха, рассказывайте сказки, нашли дурака, — отмахнулся Антуан. — Гражданский долг, патриотизм, защита отечества, любовь к родине. Слышали, слышали. И что? Когда долг исполнен и лежишь в окопе с контузией и оторванными конечностями, родина возликует и возгордится своим патриотом? А мне что с того?! — Конечно возгордится! — пламенно ответил куратор. — Тебя с почетом встретят и генералы, и друзья, и управление образования. Ты выступить с лекцией перед школьниками и расскажешь о героический битве с врагами. Ты вдохновишь на гражданские подвиги сотни юных ребят. — Вы совсем охренели? — простонал Антуан. — Я? Вдохновлю здоровых красивых хлопцев на смертельную опасность, вонючие окопы, усыпанное трупами поле боя? — Но если не ты, то кто? — тихо, но твёрдо спросил куратор и добавил. — Родина в опасности, сынок. Выражение лица Антуана посуровело и приняло гордое выражение. Он успокоился и решительно спросил: — Сколько мне осталось? — До чего? — поинтересовался куратор — До зачатия? — Сутки, — ответил тот. Антуант повеселел. — Тогда я могу поиграть с ребятами в футбол? — Конечно, — благосклонно ответил куратор. Антуан направился к группе парней, поджидавшиих его у футбольного поля. — И это…, — он обернулся и виновато склонил голову, — ты только богу не передавай, что я тут про него наговорил.